«Самый настоящий пузырь»: как в США начался мировой финансовый кризис 2008 года

Ипотечный кризис в США 2007–2008 гг. – крах рынка недвижимости и связанных с ним производных ценных бумаг. По уровню падения кризис сравнивают с «Великой Депрессией» 30-х годов прошлого века, только финансовое вмешательство и жесткие меры регулирования федеральных властей предотвратило окончательный коллапс банковской системы.

Ипотечный кризис в США 2007-2008 г. (англ. англ. subprime mortgage crisis) – обвал рынка недвижимости по причине резкого увеличения просрочек/невыплат по высокорисковым ипотечным кредитам и массовые отчуждения недвижимости в пользу кредиторов. Обесценившиеся ипотечные ценные бумаги привели к самому сильному падению биржевой активности со времен «Великой депрессии», массовому банкротству инвестиционных банков и страховых компаний по всему миру, что привело к началу мирового кризиса, последствия которого не преодолены до настоящего времени.

Если сравнить ипотечный кризис с падением американской экономики в период 1929-1939 гг., то явно прослеживаются две общие черты:

  • спекулятивные действия в банковской и биржевой сферах;
  • запоздалая реакция государственных контролирующих органов на рост кризисных явлений в экономике.

В 2011г. один из крупнейших мировых инвесторов Уоррен Баффет, давая показания в Комиссии по расследованию причин кризиса, заявил, что «это был самый большой спекулятивный рыночный пузырь из когда-либо виденных мною. Вся Америка убедила себя, что рост цен на недвижимость будет продолжаться вечно и падение не произойдет никогда».

Общие черты с Великой депрессией

Если сравнить ипотечный кризис в США 2008 года и Великую депрессию, то можно найти две общие черты между этими двумя потрясениями:

  1. Чрезмерные спекулятивные действия в биржевых и банковских сферах. Фактически получалось то, что весь финансовый сектор обслуживал исключительно игру на бирже, т. е. все участники рынка заинтересованы не в развитии реальных секторов экономики, а в развитии «виртуальных сфер», которые были оторваны от реального положения дел в экономике.
  2. Запоздалая реакция государственных и контролирующих органов на кризисные явления. Существуют теории, что по тем или иным причинам это происходило целенаправленно. Ради личной заинтересованности финансовые регуляторы и контролирующие инстанции закрывали глаза на явные следы нездоровой ситуации на рынке и не предпринимали никаких мер для корректирования экономического курса.

Причины кризисных явлений

Теорий, как и почему рынок недвижимости из «тихой гавани» превратился в источник мошеннических спекуляций, имеется множество, в зависимости от того, кто ее банкиры видят в этом исключительно просчеты регуляторной политики, а государственные чиновники обвиняют частный сектор в раздувании «пузыря» прибыли. Но есть причины ипотечного кризиса в США, упоминаемые практически во всех исследованиях, а именно:

Причины ипотечного кризиса в США 2008 года

Почему одна из самых стабильных, честных и открытых экономик мира превратилась в финансовую пирамиду? Теорий много. Банкиры обвиняют в этом государство, которое не обеспечило регуляторную политику. Государственные чиновники перекладывают вину в искусственном раздувании «пузыря» на трейдеров и брокеров. Возможно, правы и те, и другие, но помимо этих, практически в каждом исследовании про ипотечный кризис упоминаются еще и следующие причины:

  1. Рост внешних инвестиций в американскую экономику.
  2. Изменение в законодательном регулировании банковской системы.

Охарактеризуем подробнее каждый из этих пунктов.

Рост внешних инвестиций

С 2002 по 2005 г. в американскую экономику хлынул огромный поток денег. Он был связан с крупнейшим ценовым бумом на углеводороды. Все экспортеры нефти и газа получили огромные сверхдоходы, которые необходимо было разместить в «тихой гавани» для сохранения. Помимо экспортеров нефти и газа, к подобным целям стремились быстроразвивающиеся страны Азии. В первую очередь Китай.

Рост внешних инвестиций в экономику США

В период с 2002 по 2005 год наблюдалось резкое увеличение иностранных капитальных и оборотных финансовых вливаний, в первую очередь, за счет стран экспортеров нефти и быстроразвивающихся стран Азии, в первую очередь – Китая. Существуют две теории, объясняющие данный факт:

  • На конец 2004 года дефицит платежного баланса США составлял 5,8% ВВП из-за превышения импорта товаров и услуг над экспортом. В этом случае торговый баланс быстрее всего приводится в равновесие именно притоком внешнего капитала. Точку зрения, что именно избыточный мировой капитал спровоцировал ипотечный кризис, как раз и отстаивал тогдашний председатель ФРС Бен Бернанке.
  • Капитал привлекался именно высоким уровнем потребления в США, который при падении экспорта должен удовлетворяться «займами» у иностранного производителя или инвестора.

Независимо от того, какая из двух теорий верна, к 2005-2006 году в США присутствовал огромный объем свободного капитала. Требовалось найти более прибыльную, но и одновременно надежную инвестицию, чем простая покупка казначейских облигаций.

Вполне логичным выбором в данной ситуации выглядела недвижимость, тем более, что несколько десятилетий одним из основных направлений американской внутренней политики было увеличение количества частных домовладельцев. В 1995 году два крупнейших американских ипотечных агентства Fannie Mae и Freddie Mae получили налоговые льготы с целью стимулирования кредитов для заемщиков с низким уровнем доходов, и рынок к этому моменту уже был готов принять дополнительные финансовые вливания.

Изменение в законодательном регулировании банковской системы

Активными участниками постоянного взвинчивания цен на ценные бумаги в период Депрессии были коммерческие банки, использовавшие для этого деньги вкладчиков, что в итоге и привело к биржевому краху «Черного вторника». Для предотвращения подобных ситуаций в будущем осенью 1929 года был принят закон «Гласса-Стигола» четко разделивших банки на коммерческие и инвестиционные. Коммерческим банкам была запрещена торговля ценными бумагами, в том числе через филиалы или дочерние компании, а также введено обязательное страхование депозитных вкладов.

Объем свободного капитала на рынке США был огромен (по разным оценкам от $50 до $70 трлн.), что делало невозможным его размещение между работающими на тот момент инвестиционными банками и их клиентами. Коммерческие банки тоже хотели получить свою долю прибыли, особенно после принятия в 1982 году закона «О паритетном альтернативном кредитовании» (Alternative Mortgage Transaction Parity Act, AMTPA), который разрешил выдачу ипотечных займов кредитным организациям не являющихся федеральными банками.

Многолетняя лоббистская кампания крупнейших банковских игроков привела к закону «Грэмма-Лича-Блайли» или «Закона о модернизации», отменившего ограничения акта «Гласса-Стигола», и таким образом изменила всю банковскую систему. Банки получили возможность создавать финансовые холдинги, которые одновременно могли заниматься коммерческой, инвестиционной и страховой деятельностью. Одновременно были существенно ограничены права государственных регуляторов и контролирующих органов.

Всему приходит конец

К 2007 году случилось то, что случается всегда — рост рынка недвижимости остановился. Вполне вероятно, что попросту не осталось семей, которым были необходимы дома, поэтому упал спрос, а вместе с ним и цены на долговые обязательства. Так как упала цена, пропала возможность рефинансировать старые кредиты, а ведь именно благодаря перспективе рефинансирования многие в принципе решались пойти на ипотеку. Вслед за этим пошла волна невыплат по кредитам и банки начали терять деньги. В свою очередь кредиторы использовали один из знаковых инструментов «мусорной» ипотеки — плавающий процент. Его суть была в том, что процент по ипотеке оставался неизменным только первые несколько лет после выдачи кредита, а потом банк был в праве поменять его исходя из внешних факторов. Естественно, на фоне невыплат процентные ставки подскочили, тем самым подстегнув невыплаты еще сильнее. У тех, кто не мог выплачивать взносы, чаще всего забирали недвижимость, но и это мало чем помогало банкам.

Сверх того, вскрылся сговор национального масштаба между инвестиционными фондами, банками и компаниями-оценщиками, которые скрывали реальную картину от регулирующих органов реальное положение дел, особенно по части размеров заемного капитала.

Субстандартное кредитование

Для банковской практики США приемлемым уровнем кредитов с высокой степенью риска традиционно считались 6-8% от общего размера ипотечного портфеля. Но для покрытия начавшегося строительного бума такой процент неблагонадежных заемщиков оказался слишком низким и банки начали постепенное снижение обязательных требований. Такие кредиты получили название субстандартных и было разработано множество их модификаций:

  • с плавающей процентной ставкой (interest-only mortgage) – в течение определенного начального периода действия кредита уплачиваются только проценты, а не основная сумма долга. К началу кризиса более 90% кредитов имели плавающую ставку;
  • выбор клиентом варианта оплаты («payment option» loan) – можно выбрать размер ежемесячного взноса, при этом неуплаченные проценты могли прибавляться к основной сумме кредита. Почти каждый десятый займ в период 2005-2006 года был оформлен подобным образом;
  • возможность погашения большей части долга на момент окончания договора (balloon-payment mortgage) и другие варианты.

Апофеозом борьбы за клиента любой ценой стали кредиты с наличием активов (средств на банковском счете), но без регулярного дохода (income, verified assets, NIVA), и займы вообще без активов и доходов (no income, no assets, NINA).

Разрешение коммерческим банкам вкладывать средства в ипотечные ценные бумаги в совокупности с ограничениями государственных контролирующих организаций — это еще полбеды. Ситуацию усугубила жадность банкиров. Дело в том, что для одобрения ипотеки у заемщика должно было уходить не более 6-8 % от общего дохода на покрытие ипотеки. Согласимся, что процент довольно приемлемый. Особого давления на личный бюджет он не оказывает. Однако проблема для банкиров была в том, что таким условиям соответствуют слишком мало, с их точки зрения, заемщиков. Было решено понизить планку обязательных требований. Такие кредиты получили название субстандартных, т. е. в переводе на нормальный язык нестандартных или ненормальных.

Рискованная секьютеризация и манипулирование рейтингами

Банки прекрасно понимали, что вероятность невозврата выданных займов чрезмерно велика, а потому и пытались минимизировать уровень риска. Для этого обычно используется механизм секьютеризации, когда несколько ипотечных кредитов или других финансовых инструментов объединяются в одну производную ценную бумагу (дериватив), которая затем продается стороннему инвестору.

За счет того, что в состав дериватива входит несколько активов с низким уровнем риска, их стоимость никогда не упадет до нуля или можно будет воспользоваться гарантией в случае неисполнения обязательств, как и делали государственные ипотечные агентства в начале 80-х годов прошлого века, когда только разрабатывалась современная модель секьютеризации.

Ипотечные ценные бумаги (Mortgage-Backed Securitie, MBS) и выпущенные на их основе обеспеченные долговые обязательства (Collateralized debt obligations, CDO) имеют самые причудливые формы: пакет рисковых кредитов «разбавляется» небольшим количеством надежных для повышения их рейтинга, производится эмиссия MBS, состоящих только из «токсичных» займов. Появляются синтетические CDO, представляющие собой производный инструмент от другого CDO. Вся эта масса новых бумаг, разобраться в которых простому инвестору практически невозможно, выбрасывается на фондовый рынок для получения дополнительного дохода.

Спекуляция на деривативах – финальных апофеоз ипотечного кредитования

Кульминацией всей этой системы стало поведение биржевых спекулянтов. Деривативы – абсолютно невозвратные ипотечные кредиты, возведенные в ранг ценных бумаг, – показались спекулянтам бесконечным источником прибыли. Получилось так, что деривативы превратились в абсолютно обособленные ценные бумаги, которые начали жить собственной жизнью. Тюльпаномания XVII века в прямом и в переносном смысле этого слова оказалась цветочками по сравнению с аферой 2008 года. В XVII веке на биржах хотя бы торговали цветами, которые все же реальный предмет. Деривативы – это долги, которые никто и никогда не сможет вернуть, но при этом эти долги имеют огромную ценность на биржах. Дальше, как говорится, больше. Под обеспечение деривативов создавались новые ценные бумаги – CDO, под них выпускались новые – CDO на CDO.

Почему стала возможна столь гигантская афера века?

Причин, по которым из ипотечных долгов раздули гигантскую по своим масштабам аферу, было несколько:

  1. В ней приняли участия сразу несколько экономических субъектов: коммерческие и инвестиционные банки, биржевые брокеры, крупные хедж-фонды, ведущие рейтинговые агентства, страховые компании. Ранее каждый из них занимался своим делом, и они редко пересекались для подобных целей. Получился некий стереотип взаимной гарантии, но на практике каждый выжимал из этого максимум прибыли, не думая о последствиях.
  2. Ипотечные бумаги превратились в ценные бумаги. Никто не имел опыта работы с ними, не знал о том, каким образом оценивать риски, стратегии и т. д.
  3. Откровенный сговор банков, крупных хедж-фондов и ведущих рейтинговых агентств. Последние, испытывая конкуренцию на рынке, закрывали глаза на всё, лишь бы клиенты не ушли к конкурентами. На практике сработала теория равновесия Нэша, по которой каждая компания, не доверяя честности конкурента, участвовала в сговоре.

Последствия

Последствия ипотечного кризиса в США были тяжелы. Пострадала вся мировая финансовая система. Человечество за последние четверть века не сомневалось в эффективности капиталистической системы. Многие страны объявили о дефолте, были разорены многие крупнейшие страховые компании и международные банки. Среди них — всемирно известные Lehman Brothers и Bear Stearns. Многие объявили о слиянии. Уменьшились частные накопления и сбережения граждан США. Кризис затронул все сферы экономики США, что повлекло за собой мировой кризис.

Около миллиона американцев были не в состоянии обслуживать кредиты. Они были вынуждены оставить жилье банку. На рынок выбросили огромные фонды недвижимости. Целые улицы и кварталы буквально «вымерли» после кризиса. Около 100 тыс. семей были вынуждены оставить свои дома. Естественно, что цены на недвижимость резко ушли вниз. Далее пострадал строительный сектор экономики, он потянул машиностроение и т. д. Принцип домино распространился на все сферы.

Последствия для нашей страны

Ипотечный кризис в России в 2008 году стал отголоском вышеперечисленных событий. Конечно, у нас не было таких масштабных последствий, как в США. У нас банки заинтересованы в возврате именно кредита, а не в продаже ценных ипотечных бумаг. Для России губительным оказался демпинг цен на недвижимость, так как свободные инвесторы начали покупать значительно подешевевшее жилье в США. Ипотечный кредит в кризис в России оказался под угрозой потому, что американский кризис ударил больше по финансовому сектору нашей страны, чем по недвижимости.

В нашей стране настоящий ипотечный кризис наступил по причине резкой девальвации национальной валюты в 2014 году. В результате стоимость кредита по валютным ипотекам увеличилась в несколько раз. Фактически за один год заемщики потеряли до 15 лет выплат по ипотеке. И государство не собирается помогать пострадавшим гражданам, так как в свое время оно предупреждало их о том, что брать ипотеку нужно в той валюте, в которой получаешь заработную плату.

Спекулятивные частные, страховые и биржевые инвестиции

Ипотечный кризис в США никогда бы не смог достичь таких масштабов без поддержки биржевых спекулянтов, увидевших в бумагах MBS и CDO источник, как им казалось, бесконечной прибыли. Закономерный крах спровоцировали следующие три основных фактора:

  • Ипотечные бумаги перестали ассоциироваться с конкретными объектами недвижимости и начали жить своей обособленной «жизнью». Бесконечные эмиссии и появления новых вариантов, таких как «CDO на CDO», только подстегивали трейдеров к продолжению спекуляций, и статистика увеличения фактического числа неплательщиков никого не интересовала.
  • К ипотечным бумагам применялись те же модели прогнозирования и анализа, что и для обычных акций и фьючерсов, хотя это кардинально различные инструменты. Методики биржевой оценки ипотечных рисков еще не были разработаны, бумаги не имели длительного исторического периода, достаточного для тестирования торговых стратегий и гипотез.
  • С целью выжать максимум дохода, банки и крупные хедж-фонды пошли на сговор с ведущими рейтинговыми агентствами Standard&Poor’s и Moody’s, которые как впоследствии выявила Комиссия по расследованию, сознательно завышали инвестиционную привлекательность даже самых «мусорных» облигаций и закладных. Фактически данные агентства вообще не занимались оценкой бумаг – просто ставили на бумаги цену, предложенную эмитентами.

Несовершенство текущего законодательства позволило банкам наращивать объем производных бумаг, номинально соблюдая требования к соотношению собственного и заемного капитала. С помощью различных забалансовых схем в хедж-фонды и другие негосударственные кредитные организации были выведены огромные суммы, то есть фактически была создана «теневая» банковская система. Перед тем, как начался ипотечный кризис в США, чистая прибыль финансового сектора составила почти 27% от произведенного ВВП и большая часть этих средств осталась вне баланса. Таким образом, даже процесс поддержания текущей деятельности и ликвидности ведущих банков стал напрямую зависеть от ситуации на рынке недвижимости.

Рядовые граждане также включились в гонку – исторически рост цен на недвижимость был близок к уровню инфляции, но в 2000-2006 годах недвижимость показала почти двукратный рост. Дом перестал быть долгосрочной и не приносящей большого дохода инвестицией. Даже заемщики, которые соответствовали всем условиям Федеральных программ, стали предпочитать субстандартный кредит для получения вторичного ипотечного займа под рост стоимости. То есть при появлении дополнительного кредитного лимита заемщик мог или взять еще один ипотечный займ, или потратить эту сумму на потребление, или просто получить эту сумму наличными в банке. Если добавить к этому резкий рост уровня потребления, сокращение личных сбережений и реальной заработной платы – ипотечный крах стал неизбежен.

Последствия кризиса

Несмотря на все меры по реструктуризации ипотек неплатежеспособных заемщиков, к середине 2011 года было произведено полное отчуждение свыше миллиона объектов жилой недвижимости при практически полном отсутствии рыночной активности. К 2014 году доля кредитов, по которым не производятся выплаты, снизилась до 8%, но полностью негативные процессы оставить не удается.

Последствия для экономики США:

  • Из пяти крупнейших ипотечных банков США обанкротились Lehman Brothers (невозможность покрыть кредитные свопы) и Bear Stearns (убытки дочерних хедж-фондов), произвели слияние Merrill Lynch и Bank of America, а Goldman Sachs и Morgan Stanley прекратили инвестиционную деятельность в обмен на поддержку ФРС.
  • Стоимость производственных активов снизилась более чем на 20% за период июнь 2007-ноябрь 2008.
  • Ведущий фондовый индекс S&P500 в ноябре 2008 года упал более чем на 45% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года.
  • Рынок недвижимости после исторического максимума 2006 года потерял более $5 трлн. и до настоящего времени не показывает роста;
  • Частные сбережения и пенсионные накопления граждан США уменьшились на $2,5 млрд., а учитывая отчуждение собственности и принудительные взыскания, общая сумма личных потерь почти $8 трлн.;
  • Кризис затронул все секторы экономики особенно автомобильную промышленность и сферу услуг.

Меры по преодолению последствий кризиса

Расследование причин ипотечного кризиса 2008 года в США показало, что активные действия государственных органов начались только в сентябре, хотя первые признаки неустойчивости финансовой системы появились уже во второй половине 2007 г. и время для смягчения последствий было упущено. Кроме того, ни одной из финансовых организаций, «стимулирующих» развитие кризиса и спекулирующих на его последствиях, не было преяъявлено ни одного иска об административной или уголовной ответственности.

Действия правительства

Выкуп проблемных субстандартных активов у банков и страховых компаний за счет бюджета США был единственным способом быстро поддержать ликвидность и избежать окончательной стагнации экономики и банкротства компании уровня Lehman Brothers. В августе 2008 г. Конгресс принимает «Акт о чрезвычайной экономической стабилизации» (Emergency Economic Stabilization Act of 2008 (EESA) или «План Полсона» по фамилии тогдашнего секретаря Казначейства. Общая сумма вливаний в частный сектор вместе с налоговыми льготами составила $700 млрд., которые не были возвращены. То есть фактически банки покрыли свои рискованные действия за счет средств налогоплательщиков.

Заемщикам был выполнен возврат части уплаченного налога на недвижимость, но это в целом не привело к существенному улучшению ситуации. Кроме того, была реализована государственная программа оказания индивидуальной денежной помощи неплатежеспособным домовладельцам, а также содействия в достижении соглашения с крупнейшими банками и кредитными ипотечными агентствами Fannie Mae и Freddie Mac о введении моратория на отчуждение имущества и увеличению программ рефинансирования.

Действия Федеральной резервной системы США

Совместно с Центробанками ведущих стран Европы и Азии было проведено снижение процентных ставок, что только подтверждает глобальный характер кризиса. Положительный эффект от такого шага оказался минимальным.

Проведена выдача краткосрочных займов по сниженной ставке для банков, подконтрольных ФРС, а также реализован дополнительный (к плану Полсона) выкуп проблемных ипотечных бумаг.

Реализован постоянный контроль гарантийного долларового обеспечения международных валютных свопов банков ЕЦБ, Банков Англии и Швейцарии.

Обеспечена программа предоставления целевых кредитов, в том числе небанковским кредитным организациям, для выпуска ипотечных ценных бумаг с гарантированным залогом (Term Asset-Backed Securities Loan Facility, TALF).

Последствия для мировой экономики:

Пик общего числа выселений за неуплату по ипотеке пришёлся на 2009-2010 годы. Невозможность погашения субстандартных кредитов и связанных с ними ценных бумаг привели к огромным убыткам по всей мировой банковской системе: только крупнейший (по состоянию на 2008 г.) мировой банк HSBS потерял более $10,5 млрд. Если в апреле 2008 г МВФ оценивал суммарные мировые потери от ипотечного кризиса в США примерно в $1 трлн., то уже годом позже пересмотрел это значение до $4 трлн.

Расходы США на преодоление последствий кризиса на конец 2009-го оценивались в $11 трлн., но примерно 50% из них нужно оценивать не как прямые расходы, а как инвестиции, гарантии по займам, выкуп финансовых активов (ипотечные и коммерческие бумаги с обеспечением залогами), в том числе и для того, чтобы повысить ликвидность рынков.

Эхо кризиса ощущается до сих пор. Крах американского фондового рынка привел к панике среди инвесторов и переориентированию денежных потоков в менее рискованные активы, в частности, сырьевые фьючерсы, давшие начало мирового кризиса продовольствия и росту цен на нефть.

Ипотека как стиль жизни

Неотъемлемой частью жизни американцев ипотека — кредитование жилищного имущества, стала в годы Нового курса Рузвельта. В те годы массовое строительство жилья рассматривалось как один из путей выхода из Великой депрессии, поэтому Франклин Рузвельт с присущей ему четкостью и целенаправленностью обозначил правила игры на ипотечном рынке.

Для этого в 1938 году была создана Федеральная ассоциация ипотечного кредитования, которую прозвали «Фэнни Мэй». Вместе с Федеральной жилищной администрацией, которая определила приемлемые условия для ипотеки, а также Финансовой корпорацией по реконструкции (её ответственность распространялась на стандарты жилья) «Фэнни Мэй» удалось создать полноценный и живой рынок ипотечного кредитования.

После окончания Великой депрессии и Второй Мировой войны в США началась эпоха потребления и торжества среднего класса. В стандарты уровня жизни помимо продуктовой корзины и личного автомобиля вошел собственный дом в пригороде — они начали расти в 50-х и 60-х как грибы.

Типичный североамериканский пригород

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *